May 15th, 2011

100 шедевров.

Я, по-моему, еще не писал, что задумал года два назад написать краткие эссе о всех книгах, которые
считаю главными в своей жизни. Идея постепенно перетекла в проект под названием
"100 шедевров мировой литературы"....

Работа остановилась полгода назад на цифре 57. Вот столько мини-эссе я написал...

Это интересно? Кому-то надо? - я не задавался такой целью, а вот теперь..решил спросить.
Народ, ау? Чо думаете?


Франц Кафка «Замок».

Загадочный Замок, которого бояться все жители окрестных деревень, Землемер, пытающийся войти в Замок, предательство и таинственный мир подглядываний, недомолвок и страхов. Кафка в своем романе изобразил мир накануне значительного подавления государства человеческой личности в 20 веке. В 10-е годы, когда писался роман, еще не пахло ни ГУЛАГом, ни третьим рейхом, но атмосфера уже была насыщена предчувствием катастрофы.
Притча, метафора отношений простого человека и всесильного государства? Может быть.. Однако, еще и абсолютно неповторимая личная история сомневающегося писателя, пражского еврея, одинокого человека.
Писательство для Кафки – процесс чудесного осознавания себя в этом мире, процесс непрекращающихся поисков. Писание для него – заклинание духов, попытка пробиться к подлинному, настоящему. Кафка не сдался рутине повседневности, а в искусстве находил одно из доказательств присутствия в мире Духа, Света. Метод Кафки – не выдумывать, говорить правду, называть реальность истинными именами, заветными словами, с помощью которых, возможно, великолепие человеческой жизни предстанет воочию.
Честность, аскетичность, строгость к себе, желание не обмануться и не обмануть, жажда самосовершенствования – вот отличие Франца Кафки от многих современных писателей, создающих фантасмагории и нелепости на пустом месте. Кафка всегда знал, что реальность бывает фантастичнее самых изощренных выдумок. Он не проповедовал хаос, а пытался показать выход из него, и не его вина, что это у него не всегда получалось. Главное, что он старался изо всех сил.


Амос Тутуола «Моя жизнь в лесу духов»

В 20 веке, наконец, и Африка заговорила с нами своим собственным языком. Отсутствие письменной традиции и образования позволило Амосу Тутуоле писать так, как писали первые писатели – вовсе не оглядываясь на предшественников, обращаясь прямо к сердцу каждого, но главным образом, к своим соплеменникам, их страхам и надеждам. В книге четыре повести.
Одна из повестей начинается так: рассказчик заявляет о том, что уже к 10 годам он получил прозвище Пальмовый Пьянарь, потому что его профессией стало дегустировать вино, но вот однажды их Винарь умер. Это был хороший Винарь, такого нигде не найдешь, и мальчик вспомнил, что мертвые не сразу улетают на небо, а собираются в специальном Посмертном месте. Мальчик собрался и пошел возвращать своего Винаря.
Не правда ли очаровательный сюжет по своей простоте и наивности – ну и что, что кто-то умер, он нужен нам, а, значит, его можно где-нибудь найти. Это заставляет вспомнить о самых архаичных формах восприятия мира – с помощью мифов, преданий, заговоров, магических формул. Вся эта линия – линия дописьменная, первобытная, а Тутуола сделал только то, что записал это на бумагу. Почему-то думается, что это мог сделать любой житель африканской деревеньки, хотя это конечно не так…
Пересказать сюжет, например, «Путешествия в Город Мертвых» не представляется возможным. Здесь и посещение Термитного дома, и выкапывание жены из земли, и бегство от Красных людей, и встреча с существами из Безвозвратного города. В общем, необычно, захватывающе, загадочно!

Евгений Замятин
«Мы».
Чоран пишет где-то, что утопия – материализованная иллюзия, а коммунизм –иллюзия еще и навязанная, оптимизм поневоле. Еще в начале века русский писатель (инженер по образованию) Замятин очень четко представил, что ожидает людей в будущем. По прошествии почти 100 лет, мы можем констатировать – Замятин писал вовсе не только о коммунистическом, но и о современном обществе. Принудительное счастье теперь – везде, поиск и противоречия больше не в цене, а современный глобальный мир напоминает гигантский город-конструктор со стеклянными домами и легко контролируемыми людьми-потребителями.
Вся жизнь Замятина и его книги позволяют отнести его к людям, мало способным принять коллективные формы существования, ибо для таких людей возможность свободного выбора гораздо важнее всего остального, в том числе и комфортного существования. В романе «Мы» такой персонаж не мог не присутствовать – это Д-503, Строитель Интеграла. Жажда ощущать себя частью огромного Целого сменяются в нем укорами совести, когда он отступает от равенства в ничтожестве.
Искусственные «формулы общего счастья», которые художник видел не только в России (одновременно с Замятиным на другом конце континента писал «Восстание масс» Хосе Ортега-и-Гассет) игнорируют реальную сложность мира, лишают его тайны и глубины.
Стиль письма Замятина – поэзия в прозе. Избыточность красок, насыщенность образами, яркость восприятия – все то, что поэт передает нам своим взглядом, есть в этой прозе. Ну а как по другому? Кто еще, кроме поэта, в 1918-1920 годах мог видеть будущее так далеко и глубоко. Замятин стал родоначальником жанра, который потом стал одним из самых интересных во всем двадцатом веке – антиутопии.